?

Log in

No account? Create an account
Eugene Arenhaus's nonjournal
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in arenhaus' LiveJournal:

[ << Previous 20 ]
Thursday, September 6th, 2018
2:29 pm
поедом с восхода до зари
badneander20180904

Тут как-то ко мне ходил поубеждать меня в моей необразованности один учёный муж, несший в меня свет учения Бориса Поршнева о генезисе психики человека. Поскольку я сер и необразован и вообще мало начитан, я ничего не знал ни о Поршневе, ни о роли невроза и павловской "сшибки" в происхождении речи, так что не чувствовал себя вправе с учёным мужем дискутировать. К счастью, хотя он и обиделся на обращение "коллега", ибо я сер и не образован по сравнению с ним, все же он согласился поделиться первоисточником, чтобы я просвещался. И я пошёл просвещаться.

Итак: Поршнев Б. Ф. О начале человеческой истории (проблемы палеопсихологии). — М.: Мысль, Главная редакция социально-экономической литературы, 1974. Кому надо - есть у Мошкова.

Честно предупреждаю: я не смог это дочитать. То есть я честно старался ознакомиться с концепцией Поршнева и ее контекстом, но на восьмой главе не сдержался и заржал. Сейчас поймёте, почему.

Сначала кажется, будто Поршнев в положении человека, который честно пытается осмыслить неполный и частью ложный набор исходных данных и выработать непротиворечивую концепцию теории. Это было бы понятно: всё-таки тогда в палеоантропологии было поменьше достоверных данных, палеонтология человека была разработана еще очень мало, этология / зоопсихология только начиналась и была под пятой диктата уникальности человеческой нервной деятельности, были откровенные ошибки - зачисление неандертальца в прямые предки современного человека, а грацильного австралопитека - в прямые предки рода Homo, и т.д. Но он и этот набор данных подверг прокрустову усечению - всё, что ему не подходит, он не использует, зато кое-что, что ему нравится, прибавляет. Все это с первых глав походит на попытку натянуть фрачную пару на осьминога, исходя из гипотезы, что у осьминога четыре конечности и есть шея, не обращая внимание на тех, кто уже отмечает, что у осьминога восемь щупалец.

В лингвистике он ссылается на "гениального" Марра (!). Это в 1970-е то! В теории эволюции он главным образом применяет идею ароморфоза (без нее его концепция не работает), проинтерпретированную как почти мгновенное появление новой формы яко Афина из Зевсовой главы без уточнения механизмов. Из нейрофизиологии и этологии он пользуется практически одной павловской школой. Он по крайней мере понимает, что Павлов и последователи игнорировали большую часть нервной деятельности подопытных животных, пытаясь добыть из них "чистые" условные рефлексы разных порядков, постулированные великим Павловым, да святится имя его, а все остальные реакции заранее считая "неправильными", но выводит из этого только постулат о соответствии каждому сложному автоматизму второго автоматизма, которые друг друга взаимно подавляют ("тормозная доминанта"). Почему именно такое бинарное соответствие, он не объясняет, и доказать его постулат невозможно. Он доходит до того, что отрицает любое мышление помимо словесного, и любое социальное взаимодействие помимо речевого, что с добавлением приверженности к Энгельсу приводит его к отрицанию не только речи, но и социальной жизни до появления сапиенсов! Он знаком с ранними работами по этологии и семиотике и даже теории информации, но отметает даже возможность существования зачатков символьного общения и протосинтаксиса у животных ("это не сочетание двух сигналов, это просто два сигнала"). Известная ему палеонтология гоминид включает грацильных и массивных австралопитеков, хабилиса (которого он зачисляет в австралопитеки), эректуса (которого он почти полностью игнорирует, фиксируясь на неандертальцах) и неандертальца. Всех, кроме современного человека он объединяет в отдельный таксон "троглодитовых" вместе с австралопитековыми, включая эректусов и неандертальцев. Он не сомневается в том, что неандерталец - прямой предок современного человека, но при этом отказывает ему не только в речи, но и вообще, похоже, в социальности и даже высшей нервной деятельности. Он достаточно правильно отмечает стремительное появление развитой культуры у сапиенсов, но ему еще недоступны данные ни по хронологии, ни по локализации этого появления, так что он постулирует резкое ответвление сапиенса от европейского неандертальца.

Но настоящая проблема в том, что он настолько ослеплён идеей резкого появления речи как механизма появления современного человека, что начинает подгонять даже те данные, которые у него есть, к этой идее, и игнорирует неудобные детали как хочет. Доходит до абсурда: он настолько убеждён, что единственный способ питания древних гоминид - это поедание падали, что отрицает любое использование орудий, кроме раскалывания костей, а редкие находки сохранившихся копий с обожжёнными остриями считает рычагами для "раздвигания рёбер" - он когда-нибудь пробовал разделать тушу, пусть даже не слоновью, таким способом? Или расколоть бычью кость 10-сантиметровой олдувайской галькой? Он причисляет массивных австралопитеков к падальщикам. Он отрицает охоту в палеолите (!), считая возможной только утилизацию туш, приносимых реками (!!). Он предполагает верховую езду на диких конях у палеоантропов (!!!) и их симбиоз с табунами по типу страусов с зебрами. Он датирует использование огня палеолитом, ошибаясь почти на миллион лет. Он считает палеолитический наконечник копья специальным орудием для убийства человека, т.к. якобы больше ни на что он не годен - потому что только так он может поддержать свою центральную идею о жестоком неврозе, вызванном у внезапно перешедших к каннибализму и массовой охоте на собратьев неандертальцев, как ключевом факторе появления сапиенса.

Вы уже в офигении? Подождите. Это еще преамбула.

По Поршневу, среди мирно кочующих на спинах диких тарпанов европейских неандертальцев, ВНЕЗАПНО перешедших от собирания дохлятины по поймам к пищевому каннибализму и охоте на сородичей и сильно от этого страдающих морально (при, напоминаю, отрицаемой речи и социализации), ВНЕЗАПНО начинают рождаться "высоколобые", которые неспособны к убийству себе подобных и которых неандертальцы-каннибалы частично ели, а частично обучали и заставляли охотиться на разных зверей в пользу каннибалов-низколобых (напоминаю, как утверждает Поршнев, говорить они не умели, но при этом как-то обучали и приказывали). Отличали их каннибалы по отсутствию волосатости - очевидно, Поршнев считал неандертальцев чем-то вроде лохматых шимпанзе. Потом, разумеется, высоколобые, страдающие и невротизированные из-за всего этого макабра, с отчаяния ВНЕЗАПНО развивают речь, социум и до кучи сознательный труд, объединяются, и устраивают революцию против каннибалов-угнетателей! А потом они ВНЕЗАПНО начинают убивать и друг друга, ибо противоречива природа человека. Из этого всего пополам со своими постулатами о "тормозной доминанте" и "интердикции" он выводит культуру погребений (как отмежевание от привычек низколобых каннибалов), всяких сказочных дэвов и троллей (воспоминание о низколобых каннибалах, требовавших себе детей на съедение), обряды инициации (то же), "палеолитических Венер" (изображения женщин, непонятно как используемых необщественными и неговорящими каннибалами на развод) и так далее. Это просто праздник какой-то!!! Дарт с его обезьяной-убийцей - жалкий сосунок! Даже Жак Майоль с его человеком-дельфином жалобно попискивает в сторонке! Даже сам Герберт Уэллс, которым явно вдохновился Поршнев, не додумался до *такой* фантастики!

Дальше я смотрел только выборочно. Там есть попытки обосновать всё это фэнтези появлением гипнозоподобной суггестии у сапиенсов, объяснения эпоса о Гильгамеше и горгулий Нотр-Дама (!) через встречи с остатками неандертальцев, и, разумеется, снежный человек. Куда же без него! Ну и, разумеется, ссылки на диамат. Куда же без него.

В общем, Поршнев на протяжении 9 глав лепит модель человека "с семью ногами и без мозжечка", а в двух последних главах разбирает ВНЕЗАПНОЕ появление у модели второй сигнальной системы, речи и общественных отношений через отрицание "животного" поведения, торможение и "суггестию" (которую он определяет тоже по-своему: как выполнение приказа или отказ от его выполнения - контрсуггестию), притом очень изворачиваясь, чтобы остаться в пределах диктуемых советским марксизмом методов. Получается плохо, и местами он вынужден сильно лавировать, чтоб не спорить с постулатами Энгельса. Проблема в том, что если модель исходно кадаврическая, пытаться из неё добыть работающую концепцию заведомо безнадёжно, и если первые главы - это выбирание удобных фактов (ну и домыслов любимых деятелей, которые априори положено приравновать к фактам), а средние - фэнтези, то последние главы - сплошь околонаучная схоластика с логическими пробелами. Garbage in - garbage out.

Если учесть, что большая доля постулатов и интерпретаций Поршнева теперь легко опровергается фактами, а предсказания его концепции не сбываются, можно спокойно отправлять его туда же, куда любимого им Марра. Странно, что до сих пор есть приверженцы этой "теории". Что-то явно не так в России с образованием.

Зато я порадовался безудержной шизоидной фантазии автора. Поржал вволю. Ну и то неплохо.
Wednesday, August 22nd, 2018
10:52 am
следствие промахов некоего Творилы

16999176_1406494769422378_5234529557662334427_n

Неожиданно мой список книг с интересным миротворчеством, приводящим к сложным персонажам и/или сюжетам вызвал интерес и мне начали предлагать добавления.

На самом деле, если выполнять правило "минимум два из трех", то список (из того, что я читал) практически исчерпывающий, пока мне нечего к нему добавить из того, что я читывал сам. Но, действительно, есть еще много стоящих книг с интересным миротворчеством, которые в список не попали - например, потому, что сюжет в них хотя жизненный, но прямой и закономерный, или книга эпического плана и персонажи в ней - герои, а не характеры, и т.п.

Так что вот вам второй список, на этот раз "факультативного чтения" для демиургов. Здесь как минимум есть небезынтересное миротворчество, но литературное качество может быть самое разное. :) Здесь есть и шедевры, и культовая классика, и фанфики. Часто это чтение попроще, чем книги из первого "миротворческого" списка, но далеко не всё.

(Картина кисти немыслимого Пауля Лера - Paul Lehr.)

Дж. Рональд Р. Толкин. "Хоббит". "Властелин колец". Кто не боится - "Сильмарилион".

Гарри Гаррисон. "К западу от Эдема". "Неукротимая планета", "Моралист", "Конные варвары".

Ларри Нивен. "Мир-кольцо". "Деревья-интегралы". "Магия уходит".

Даглас Адамс. "Автостопом по галактике".

Айзек Азимов. "Сами боги". "Стальные пещеры". "Конец вечности".

Владимир Орлов. "Альтист Данилов".

Евгений Лукин. "Катали мы ваше солнце". "Раздолбаи космоса". "Миссионеры".

Уильям Гибсон, Брюс Стерлинг. "Разностная машина".

Василий Аксёнов. "Остров Крым".

Аркадий и Борис Стругацкие. "Пикник на обочине". "Малыш".

Нил Стивенсон. "Алмазный век".

Вернор Винджи. "Конец радуг".

А. Э. ван Фогт. "Путешествие 'Космической гончей'".

Станислав Лем. "Непобедимый". "Звёздные дневники Ийона Тихого".

Курт Воннегут. "Бойня номер пять". "Сирены Титана". "Галапагос".

Роберт Шекли. "Билет на Транай". "Цивилизация статуса".

Шайна Миевилль. "Станция Пердидо-стрит". "Шрам".

Франсис Карсак. "Робинзоны космоса".

Олди. "Герой должен быть один". "Циклоп".

Барри Лонгиер. "Враг мой".

Ричард Адамс. "Уотершип Даун".

Урсула ле Гуин. "Волшебник Земноморья". "Мир Роканнона".

Сергей Павлов. "Лунная радуга", "Волшебный локон Ампары".

Александр Лукьянов. "Черная пешка".

Поул Андерсон. "Царица ветров и тьмы".

Макс Фрай (с И.Степиным). "Гнезда химер".

Говард Ф. Лавкрафт. "Хребты Безумия". "Поиск неведомого Кадата".

Дж. Типтри-мл. "Вверх по стенам мира".

Сергей Лукьяненко. "Спектр". Трилогия "Лорд с планеты Земля".

Жерар Клейн. "Боги войны".

Руди Раккер. Тетралогия.

Иэн Бэнкс. "Игрок", "Вспомни о Флебе".

Альфред Бестер. "Человек без лица". "Тигр! Тигр!". "Обманщики". "Компьютерное подключение".

Роберт Силверберг. "Замок лорда Валентина".

Рони-старший. "Ксипехузы".

Петр Воробьев. "Набла квадрат".

Олаф Стэплдон. "Первые и последние люди".

Василий Головачёв. "Непредвиденные встречи". "Отклонение к совершенству". "Консервный нож".

Лоис М. Буджолд. Трилогия о Шалионе.

Коллективное: проект "Рукав Ориона". Только не утоните там.

Джек Вэнс. Цикл о Тшай.

Роджер Желязны. "Валет теней". "Остров мертвых".

Филип Хосе Фармер. "Плоть". "Пробуждение каменного бога". "Мир реки". "Многоярусный мир". "Летающие киты Ишмаэля".

Шуваев. "Цветок камнеломки".

Хол Клемент. "Огненный цикл". "Ледяной мир". "Экспедиция 'Тяготение'".

Роберт Форвард. "Драконье яйцо", "Звездотрясение". "Мир Роша".

Алан Мур. "Лига выдающихся джентльменов".

Luna-tic Scientist. "Дни осы и паука".

Даниил Андреев. "Роза мира".

Александр Розов. "Голод богов".

Святослав Логинов. "Многорукий бог далайна".

Филип Пуллман. "Золотой компас" (и два продолжения, кто осилит).

Клиффорд Саймак. "Пересадочная станция".

Friday, August 17th, 2018
6:10 pm
и почил в день седьмый
D50_Whelan_Michael_04Cal_08_Trantorian_Dream

Пару недель назад видел объявление для местного литературного клуба - просили рекомендации "произведений с многогранными мирами, неоднозначными персонажами или нетривиальным видением" для обсуждения.

Специально оставил на потом - поглядеть, что будут предлагать. Поглядел.

Куча предложений однозначно реалистической литературы и немножко мистической. Дальше Булгакова, Кинга и Мураками обычно не идет. Гарри Поттер. "Алхимик" Коэльо, господи боже! Дэн, блин, Браун!!! Серия "Сталкер" и Сапковский. Хотя бы Герберт упомянут и Симмонс. Дик - допустим. Лукьяненко... ладно. Желязны - один Амбер, как будто он не изобретал миры пачками. Лем кем-то упомянут, но только "Суммой", которая философский трактат, а не художественная литература. Внезапно О'Генри. Примерно всё.

При этом никто - никто! - не упомянул авторов, которые именно такие произведения пишут: строят миры, в которых возможны и глубокие, и неоднозначные истории и персонажи, следующие из свойств выдуманного мира и невозможные без него. Ни Станислав Лем. Ни Джон Варли. Ни Нил Стивенсон. Ни Дэвид Брин. Ни Си Джей Черри. Ни Шекли. Ни Вернор Винджи! Ни Урсула ле Гуин! Ни Иэн Бэнкс, боже мой!

Такое впечатление, что мимо людей прошел огромный пласт литературы. Вот же ж...

В общем, чтобы не пропадало в комментах, держите мой неполный список произведений с многогранными мирами, неоднозначными персонажами И нетривиальным видением, минимум два из трех. Те, где интересно только миротворчество или только персонажи и т.п. я выпустил, так же как и философию в обертке из сюжета. Все здесь - практически обязательное чтение, по-моему.

Да, предупрежу: можете читать в оригинале - читайте в оригинале. Картинка - иллюстрация прекраснейшего Майкла Уэлана (Michael Whelan) к Азимову.



Джон Варли. Трилогия о Гайе. "Стальной берег". "Золотой шар". Рассказы.

Джордж Мартин. "Песочники", "Каменный город", "В доме червя", "Стеклянный цветок", "Умирание света".

Клиффорд Саймак. "Город". "Заповедник гоблинов". "Вся плоть - трава".

Станислав Лем. "Осмотр на месте". "Возвращение со звёзд". "Эдем". "Солярис".

Вернор Винджи. Трилогия о войне с "Миром". "Глубь небесная". "Пламя над бездной".

Фрэнк Герберт. "Дюна".

Нил Гейман. "Сэндмен".

Дэн Симмонс. "Гиперион". "Илиум".

Филип Хосе Фармер. "Божье дело". "Лётчик в стране Оз". "Иисус на Марсе".

Си Джей Черри. Серия о "Чужаке". Серия о Чанур.

Сэмюэл Дилэни. "Баллада с Беты-2". "Вавилон-17". "Нова".

Ларри Нивен и Джерри Пурнелл. "Мошка в зенице господней". "Падение Пяты".

Элиэзер Юдковски, как пример раскопок вымышленного мира - "Гарри Поттер и метод рационального мышления". То же - Харитонов, "Факап".

Алан Мур. "Стражи".

Умберто Эко. "Маятник Фуко".

Роберт Хайнлайн. "Чужой в чужом краю", "Луна жёстко стелет", "Фрайдэй", "Число зверя" и пр.

Аркадий и Борис Стругацкие. "Отягощённые злом". "Град обреченный". "Волны гасят ветер".

Алан Мур. "Стражи".

Нил Стивенсон. "Анафем", по меньшей мере.

Дэвид Брин. "Звёздный прилив", "Война за возвышение".

Артур Кларк. "Конец детства". "Город и звёзды".

Андрей Лазарчук. "Все, способные держать оружие", "Иное небо", "Транквилиум". "Штурмфогель".

Лазарчук и Михаил Успенский: "Посмотри в глаза чудовищ", "Гиперборейская чума".

Лазарчук и Ирина Андронати: трилогия "За право летать".

Роджер Желязны. "Порождения света и тьмы". "Глаз кота". "Бог света".

Урсула ле Гуин. "Левая рука тьмы", "Слово для леса и мира одно". "Обездоленные". "Резец небесный". "Всегда возвращаясь домой".

Иэн Бэнкс. "Эксцессия", "Применение оружия", "Смотри против ветра".


Пока хватит.
6:02 pm
миром движет любовь-3
Не ждали? А вот он, третий выпуск страшных историй о сексе и его отсутствии в живой природе. А то вы думали, что главная проблема века - гомосексуализм? Фиг вам, а не гомосексуализм.

Хотя гомосексуализм тоже будет. Куда без него.

(Некоторые животные вообще гермафродиты, так что у них любой секс - по определению с представителем своего же пола. Другого не бывает. С переменой ролей или взаимным оплодотворением, это уже дело вкуса. Живите теперь с этим тоже.)

Итак.

Североамериканский дикобраз немного обижен природой: у самки фертильность не больше полсуток в год. Поэтому ухаживание у них выглядит так: самец, задолго до наступления того самого раза в году, часами и днями таскается за самкой, по возможности отогнав прочих женихов, забирается за ней на деревья, хотя та и пытается от ухажёра отползти на самые дальние веточки, пищит, не отстает... да, да, вы правильно поняли, он самый настоящий североамериканский дикобраз-зануда.

Съедобная лягушка, та самая, которой дразнят французов - вообще не биологический вид, а гибрид двух разных видов, прудовой и озёрной лягушки. Но этот гибрид при всём том активно размножается, спариваясь и c прудовыми, и с озёрными, причём если спаривание съедобной с озёрной производит озёрных, то спаривание съедобной с прудовой производит опять съедобных! Вот такой menage-a-trois. (Кстати, эти лягушки тоже практикуют однополый секс.)

У крокодилов даже не половую ориентацию, а сам пол определяет температура в гнезде. Из яиц по краям вылупляются самки, из яиц в середине гнезда, где теплее - самцы. Но это зависит и от погоды: ниже 30 градусов получаются самки, выше 33 - самцы, а между 30 и 33 - и так и так. Вот кому всерьёз грозит глобальное потепление.

У некоторых плоских червей же половая роль определяется каждый раз через дуэль. Они гермафродиты, и перед спариванием устраивают поединок на удах. Кладка яиц - гораздо ресурсозатратнее порции спермы, поэтому оба партнёра стараются отделаться дёшево за счет другого и фехтуют копулятивными органами, встав на дыбы. Кто первый сумеет откусить противнику-любовнику оружие, тот и будет в этот раз самец, а второй, осеменённый, поползёт откладывать яйца и отращивать новое мужское достоинство. (Благо, они регенерируют так, что могут случайно размножиться делением пополам.)

Зато у многих рыб-губанов совсем удобно: они все, пока молодые, самки. В самца превращается глава стаи или просто достаточно старая особь. Хайнлайн, кстати, явно эту систему позаимствовал для марсиан в книге "Чужой в чужом краю". То же самое бывает у груперов, рыб-попугаев, рыб-ангелов и вообще множества разных рыб. Вымирание от отсутствия самцов, как северному подвиду чёрного носорога, им грозить не может в принципе.

Рыбы-клоуны придерживаются противоположного мнения. Живут они обычно парами или небольшими стайками, причем в самку превращается тот партнер, что побольше - и, соответственно, самцом становится второй по величине, а остальные приживалы не размножаются. Так что папа Немо к времени основного действия фильма должен был уже стать мамой. Но в кино всё можно.

Не менее удобно устроились улитки и слизни: они гермафродиты и взаимно оплодотворяются при встрече, причем с затеями - или втыкают друг в друга перед спариванием особые стилеты (это не дуэль, у них равноправие), или, свившись, подвешиваются на канатике из плотной слизи для взаимных объятий, и много чего ещё.

Среди плоских червей много видов - паразиты, что накладывает отпечаток на их половую и прочую жизнь. Их жизненные циклы одни из самых причудливых, часто с переменой двух и более хозяев, почкованием, личинками разных форм, почкованием личинок, мимикрией под пищу хозяина, зомбированием промежуточных хозяев и прочими драматическими штуками. Но одна из форм в цикле всегда размножается половым способом, и ей приходится как-то обеспечивать оплодотворение, при том, что у внутреннего паразита с мобильностью, разумеется, не очень. Большая часть таких паразитов поэтому просто гермафродиты и занимаются самооплодотворением. Но половой процесс лучше работает для разных особей, так что порой у них встречаются интересные приспособления - например, неприятный паразит шистосома раздельнопол, причем самец у них имеет вдоль брюха нечто вроде ножен, в которые вставляется более узкая самка. Но всех победил рыбий паразит парадоксальный спайник. Он тоже гермафродит, но особи срастаются попарно этаким крестиком, причем так, что половые протоки у них срастаются тоже крест-накрест, чтобы обеспечить взаимное оплодотворение яиц. Развода у них, понятно, природой не предусмотрено.

С жизненными циклами вообще бывает много интересного. Cкажем, тли, коловратки или рачки-дафнии летом размножаются без самцов, откладывая неоплодотворённые яйца, из которых вылупляются только самки. И только осенью появляются самцы, и последнее за лето поколение спаривается, чтобы отложить зимующие яйца. Причем у тлей это настоящий конвейер: они обычно живородящие, яйца у них развиваются прямо в яйцеводе, а поскольку самцов им не нужно, дочки начинают производить первых внучек еще в брюшке у мамы. Такая матрёшка плодится сказочно быстро, по сорок поколений за лето.

Все фикусы выращивают собственных ос-опылителей. С каждым видом фикуса связаны свои виды микроскопических ос, а плод (условный) приспособлен под улей для их разведения. Пыльцу разносят крылатые самки, специально набирая ее в родном плоде-улье и размазывая внутри другого, где они отложат яйца. Самцы бескрылы и на всю жизнь остаются в родном плоде, зато имеют огромные жвалы. Это оружие. Вылупляются самцы первыми, и устраивают внутри плода безжалостное побоище. Победитель всех убьёт, один останется, и будет ждать самок с другого дерева. Подсчитано, что каждое цветение одного крупного фикуса оплачивается не меньше чем миллионом убийств. Надеюсь, я не испортил вам удовольствие от поедания инжира.

Сумчатые мыши исполняют принцип live fast, die young. Самцы живут всего год, хотя в принципе старость у них в два-три года. Дело в том, что в сезон размножения они выкладываются полностью, их организм отключает даже иммунную систему ради добавочной энергии и дикой концентрации тестостерона. Спариваться они могут часами и все утрахиваются насмерть за считанные дни. Самки их переживают на достаточный срок, чтобы успеть выкормить потомство, а самцы - что самцы, мавр сделал своё дело.

У куниц есть особенность: они могут задерживать имплантацию эмбриона на месяцы. Спариваются весной, готовые к имплантации эмбрионы приостанавливают развитие, потом через восемь месяцев беременность снимается с паузы, эмбрионы имплантируются и готово - в конце зимы появляются детеныши. Это бы ладно, но горностаи используют эту особенность несколько нестандартно. Они вырастают месяцев за десять, так что, чтобы не терять времени, взрослые самцы-горностаи спариваются с двух-трёхнедельными самками, которые мало что еще мамино молоко сосут, а даже глаза не открыли - буквально в колыбели. Пока эмбрионы проснутся, самка успеет вырасти. Вообще хорошо, что у зверей нет законов - а то медведи все злостные неплательщики алиментов, селезни поголовно насильники, а горностаи и вовсе педофилы-рецидивисты.

Тихоокеанский червь палоло устраивает синхронный нерест на манер коралловых рифов. Разница, во-первых, та, что у палоло нерест на новолуние, а во-вторых, он не просто выметывает икру и молоки, а отбрасывает всю заднюю половину, которая и уплывает сама нереститься к поверхности моря, а передняя часть червя с головой продолжает сидеть в норе и отращивать новые гонады. На нерест этих получервяков сплывается столько, что местные жители (скажем, на Вануату или Самоа) их вытаскивают из воды центнерами и едят, как белковую лапшу.

Другие черви, тоже очень дальние родственники дождевых, пользуются способностью отрезанного хвоста отрастить новую голову, не дожидаясь отрезания хвоста. Они просто начинают отращивать новую голову посередине, и некоторое время, пока бывший хвост не отпочкуется, ползают тандемом. Причем ползают так достаточно долго, чтобы червь-прицеп сам начал отращивать голову посередине... получаются черви-поезда из трёх и более особей-близнецов.

У равнокрылых стрекоз есть много гитик - и брачные танцы в воздухе, и два набора внешних гениталий у самцов (пакет спермы переносится перед спариванием с конца брюшка на копулятивный орган у его начала), и специальные щипцы для захвата самки, и прибор для выскребания из самки спермы предыдущего самца, и гомосексуализм среди самцов, и подкуп самки, иногда и поедание самкой самца прямо во время спаривания. Но самое загадочное - это мимикрия самок под самцов. У некоторых видов до трети и больше самок - трансвеститы, раскрашенные как самцы. Зачем - точно никто не знает. Возможно, так придирчивые самки отваживают несерьёзных ухажёров. (А гомосексуализм самцов - возможно, результат ошибок из-за мимикрии. Интересно бы проверить корреляцию.)

Зато мучные хрущаки - это жуки, личинок которых любители птиц знают как мучных червей - редкий пока случай вида, для которого вроде бы известна польза от гомосексуализма. Установлено, что если с самцом мучного хрущака спарился другой самец, то есть шанс около 7%, что небольшая часть потомства от последующего спаривания с самкой будет от этого другого самца. То есть хрущаки кроют друг друга не из прихоти, а вполне стратегически: не встретил самку, покрой самца, хотя бы часть твоих детишек он потом сделает. Хотя есть и гипотеза, что это просто неразборчивость.

У бактерий и прочих прокариот секса вообще-то нет, зато есть море всевозможных вирусов и прочих генетических паразитов, часть которых им заменяет половое размножение, прямо перетаскивая кусочки генома между клетками. Бывают просто лишние колечки ДНК, плавающие внутри бактерии, бывают с хитростями для гарантированного наличия копии колечка в обеих дочерних клетках при делении, бывают собственно вирусы, формирующие капсулы с ДНК и механизмами ее введения в другие клетки, бывают вирусы, встраивающиеся в собственную ДНК бактерии, бывают сочетания всего этого... Так вот, один из таких паразитов общеизвестной кишечной палочки обеспечивает ей ни много ни мало - заразный секс. Это хрестоматийная F-плазмида, которая старается встроиться в ДНК бактерии в одном экземпляре и сидит там. Вирусных частиц она не производит и клетку не разрушает, но производит белковые комплексы, похожие на "хвост"-инъектор бактериофага T4, которые во множестве встраиваются в оболочку бактерии. Если такая клетка наткнется на другую клетку без F-плазмиды, инъектор срабатывает, и встроившаяся плазмида запускает заражение второй клетки своей копией. Фокус в том, что из ДНК бактерии она при этом не вынимается, и заражаемая клетка получает вместе с копией F-плазмиды и более-менее полную копию генома первой клетки. Поскольку клетка у прокариот очень простая, любая ДНК в ней плавает просто так и у полученной копии есть неплохие шансы перемешаться с хозяйской. Что для бактерии очень неплохо - есть шанс получить полезный ген, скажем, сопротивления пенициллину. Но при этом, конечно, есть и шанс получить полную копию F-плазмиды. Придется в свою очередь обрасти херами и тратить время и ресурсы на секс с незаражёнными девственными кишечными палочками.

У эукариот - организмов, у которых есть клеточное ядро, то есть всех, кроме бактерий и архей - такой горизонтальный перенос, напротив, не обычен, а очень редок. Ядро, само потомок древнего вируса, довольно надежно защищает ДНК от вирусов и переносу не способствует. Но нет правил без исключений. Пиявкообразные коловратки - микроскопические специалисты в жизни в пересыхающих лужах - потеряли способность к половому размножению миллионы лет назад, все они самки, размножающиеся только партеногенезом. Обычно такие виды накапливают генетический груз и довольно скоро вымирают, но эти живут и даже формируют многочисленные новые виды! Причем геном у них - у любого генетика волосы встанут дыбом. Не меньше десятой части - винегрет из чужих генов, причем украденных у бактерий, растений, и даже грибов. Дело в том, что эти коловратки переносят полное высыхание благодаря умению надежно восстанавливать свою ДНК буквально из ошмётков. Судя по всему, при восстановлении их клетки иногда встраивают в геном не только обрывки своей ДНК, но и чужую. Это им, похоже, и заменяет секс в качестве средства от накопления генетического груза и для наследственной изменчивости, и они смогли не вымереть.

А что делать, хочешь жить - умей коловертеться.

38612462_1787136144716205_492337993835610112_n
6:00 pm
миром движет любовь-2.5 - про бочоночников
Третий выпуск, пока писался, тоже разбух настолько, что обещанные бочоночники не влезут. Напишу-ка про них отдельно.

Бочоночники - одни из самых феерических животных на свете. Только вы про них ни разу не слышали, и вряд ли видели. Но способ размножения у них совершенно потрясающий.

Бочоночники - это, в общем, такие тропические сальпы, похожие на бочку с обручами. Некоторых сальп вы могли видеть, купаясь в теплых морях или на видео - это такие прозрачные штучки, размером и формой как жёлудь, часто склеенные в длинные лентовидные обоймы. Они наши дальние родственники: их личинка сильно похожа на ланцетника из школьного учебника. С жаберными щелями, хордой, хвостиком и т.д. Взрослое животное, правда, после метаморфоза превращается в этакий реактивный двигатель с двумя сифонами, который только и умеет тянуть сквозь себя воду и фильтровать мелкую съедобную муть. Они умеют клонировать-отпочковывать новые организмы (отсюда и лентовидные цепочки).

У сальп и в частности у бочоночников есть чередование поколений. Это довольно распространенная стратегия: с одной стороны, самоклонирование (скажем, почкование) - это отличный способ быстро нарастить биомассу со своими генами, сформировать из мелких организмов крупную колонию и т.п. Но с другой стороны, половое размножение хотя и дороже ресурсно, зато дает много преимуществ долгосрочно: тасование генов для лучшей приспособляемости, избавление от плохих генов, "убегание" от паразитов и т.д. Поэтому многие организмы используют обе стратегии по очереди. Например, медузы: медузы отпочковываются от сидячих полипов, чтобы отложить яйца, из которых появляются личинки, вырастающие в новых полипов, повторять вечно. Или, скажем, тли и рачки-дафнии, которые, пока лето, откладывают партеногенетические яйца, из которых выводятся новые самки, и такая буйная лавина самоклонирования продолжается до осени, когда наконец появляются самцы, чтобы оплодотворенные яйца перезимовали и из них появились новые партеногенетические самки. И много кто ещё чередует половое и бесполое поколение: плоские черви-паразиты, зелёные растения (не знали?), возбудители малярии и вот, например, бочоночники.

Так вот.

С половым поколением у бочоночников всё обычно: бочонки-самцы и бочонки-самки о восьми мускульных обручах, оплодотворенные яйца, и всё. Интересно у них то, что вылупляется из оплодотворённого яйца: та самая лавина самоклонирования. Обычно так получаются цепочки, шары, иногда ветвистые колонии, но у бочоночников настоящий хардкор.

Из яйца появляется бочонок с девятью мускульными обручами. Половых желёз у него нет, зато есть два отростка - на брюхе посредине и на спинном краю заднего сифона, наподобие хвоста. Он активно плавает, сокращая обручи.

А теперь следите.

Брюшной отросток постоянно производит почки, каждая в несколько десятков клеток. У сальп или асцидий эти почки тут же на отростке вырастали бы в новые особи-клоны, с доращиванием отростка-стебля. Но нет. Видимо, было бы слишком просто. У бочоночников почки отделяются от отростка, и их подхватывают специальные клетки-фороциты. То есть "клетки-носильщики".

Фороциты похожи на амёб с ложноножками. Они прицепляются к почкам целыми компаниями, и ползком тащат почки... на спинной отросток. По отростку, потом по поверхности. Одним и тем же путём вокруг бочонка. Представьте себе, будто ваши лейкоциты вылезли на кожу мизинца и тащат пылинку с ладонной стороны фаланги на костяшку, в обход, а потом по ладони и запястью - масштаб будет примерно такой же.

Перевалив через бочонок и добравшись до "хвоста", фороциты ползут по нему и сажают на "хвост" свои почки. Попарно, в два ряда по бокам, вдоль двух идущих по "хвосту" кровеносных сосудов. Почки прирастают и начинают расти, превращаясь в бесполых особей, похожих не на бочонки, а на черпаки - с широко открытыми передними сифонами. Этими сифонами они тянут воду, фильтруя планктон. Фороциты все это время продолжают подносить и сажать новые почки на удлиняющийся "хвост". Скоро первый бочонок, который называется "кормилкой", тянет за собой целую гирлянду черпачков, которые заглатывают все больше корма для колонии.

С ростом "черпаков" кормилка перестает быть основной кормилицей и разбирает все свои органы, кроме мышц и отростков. Теперь она только двигатель и производитель почек.

Потому что на этом еще не конец. Все только началось, а вы как думали.

Фороциты тащат все новые и новые почки. В какой-то момент "хвост" уже слишком длинный, и тогда они начинают высаживать второй ряд почек - между "черпаками", по спинной стороне.

Эти почки вырастают в еще одну форму особей - помельче, и похожих на кормилку, прикрепленную брюшным отростком к "хвосту" колонии. Вы думали, это уже половое поколение? Бочоночники смеются над вами. Это бесполые форозооиды - особи-носильщики.

Когда вторые ряды между "черпаками" засажены форозооидами, и те подросли, фороциты начинают лезть с "хвоста" на форозооиды и сажать почки третьей очереди уже на их отростки. Они тут же начинают вырастать - вот теперь действительно особи полового поколения.

А когда каждый форозооид вырастает до нужного размера (меньше полусантиметра), и его отросток полностью засажен почками, он отделяется от колонии и уплывает, как кормилка второго порядка, таща за собой гирлянду из растущих восьмиобручных бочоночников и рассеивая их по мере созревания.

Колония сбрасывает эти расселительные мини-колонии, пока они не кончатся. Потом умирает - по второму разу фороциты "хвост" не засаживают. А созревшие бочоночники-самцы и самки отстыковываются от форозооидов и плывут питаться, расти и спариваться, чтобы выметать яйца, из которых выйдут новые девятиобручевые кормилки.

И каждая кормилка за свою недолгую жизнь производит в общей сложности десятки тысяч особей-клонов и треть миллиона яиц. Тля, например - всего около ста. Это буквально рост по экспоненте.

Куда там остальным.

37695310_1764429053653581_1047031422386176000_n
37757649_1764428916986928_1580995122563121152_n
37694397_1764429020320251_5861569214355079168_o
37704192_1764428973653589_4212420391097860096_o
3:52 pm
миром движет любовь-2
Вдогонку первой окрошке из феерического секса в живой природе, держите добавку. Мне уже не раз пеняли, что я кого-то интересного забыл. Да и тема явно многим интересная, 800 лайков за себя говорят. А один из самых продвинутых комментаторов даже обиделся, что я одновременно обошёл вниманием транссексуалов и оскорбил женский пол заявлением, что пары гусаков более эффективны в воспитании потомства, чем папы с мамами.

Ну, мы с гусаками рады бы никого не оскорблять, да статистика вещь упрямая. А про транссексуалов - достаточно напомнить про не так уж редких безгривых львов и гривастых львиц. Но, конечно, много интересного я не вписал, и, например, обидел беспозвоночных, не упомянул никого, кроме пчёл-муравьёв. У беспозвоночных, как правило, нервная система не настолько сложная, чтобы получался секс для развлечения, да и однополое спаривание у них чаще бывает только по ошибке (когда самец в порыве энтузиазма принял самца за самку, так, что проще оказалось отдаться, чем объясняться). Но репродуктивные стратегии и механизмы спаривания у них бывают такие завихрительные, что наши позвоночные собратья печально курили бы в сторонке, если бы умели выращивать табак. И добывать огонь.

(Извините, ошибся: добывать огонь они таки умеют. Свежее исследование: австралийские чёрные коршуны слетаются к пожарам, подбирают горящие головешки, уносят подальше - иногда на целый километр - и там сбрасывают их на еще негорящую растительность, чтоб горело везде. Австралийские пожарные не в восторге, но коршунам одна выгода: от огня они улетают, зато ловят спасающихся от огня бегом зверушек, а потом на пепелищах обжираются жареными тушками тех, кто не успел. В точности как в старину австралийские аборигены. Я уверен, что вы всегда хотели это знать.)


Но ладно, это отдельная тема. Итак:


Довольно многие ящерицы могут размножаться без самцов: откладывают неоплодотворенные яйца, из которых выводятся только самки. Оплодотворение им заменяют хитрые манипуляции с клеточным делением. Но при этом им как минимум у нескольких видов для откладывания яиц все равно нужен секс, иначе гормональный цикл нарушается, так что самки спариваются друг с другом, причем роль самцов выполняют самки, недавно отложившие яйца. И так они могут много поколений. И не только ящерицы: у некоторых саламандр тоже одни партеногенетические самки, но они воспроизводятся спариванием с самцами других видов саламандр!

У рыб (кроме акул и их родни) настоящего спаривания нет, так что про секс говорить не приходится, только про брачные ритуалы. Но вот рыбы-удильщики - одиночные глубоководные засадные хищники, медлительные, как аэростаты, не очень-то могут рыскать в поисках пары, поэтому они держат карманных самцов. Самки у них - собственно то, что мы знаем как удильщиков, а самцы - крохотные карлики, которые разыскивают по запаху самок и вцепляются им в брюхо зубками. После чего их губы срастаются с голой кожей самки, причем срастаются и кровеносные сосуды, а всё, кроме кожи и семенников, атрофируется. Самец превращается в мошонку с семенниками, растущую на самке, которая исправно поставляет спермии, когда самка откладывает яйца. Очень удобно.

У бурых медведей заведено, чтобы старшая дочка не уходила в самостоятельную жизнь, а оставалась на следующий год с мамой и помогала ей нянчить медвежат нового выводка (и заодно училась этому делу). Это настолько распространено, что охотники называют таких мишек пестунами, но это обычно именно молодые медведицы. Потом уже они уходят искать себе женихов и заводить своих медвежат. А вот с папами они не общаются совсем. У всех медведей неполные семьи.

Гориллы живут гаремами, а, как известно, султана сразу на весь гарем не хватает, так что как мнимум в одном заповеднике в Руанде нередко наблюдали, как пока глава семейства занимается любовью с избранницей на час, другие самки занимаются ею же друг с другом. Не всегда только тогда, бывает и просто так, но зрелище их явно вдохновляет.

У кальмаров очень агрессивная конкуренция за самок, так что в сезон спаривания изрядная часть кальмаров обоих полов плавает увешанная сперматофорами, воткнутыми в них особо ретивыми самцами - на удачу, на кого бог пошлёт. Но это ладно, а вот некоторые кальмары-самцы разработали гениальную стратегию успевания первыми. Такой виртуоз камуфляжа имитирует на себе брачную окраску самки, подплывает вплотную к самке, за которой уже ухаживает другой расписанный брачными полосочками кавалер, подстраивается со стороны кавалера и тогда принимает брачную окраску самца... только на той стороне, которая обращена к самке. Кавалер видит якобы двух плывущих рядом самок, а самка внезапно видит около себя соблазнительного полосатого красавца. Пока кавалер сообразит, что происходит, раскрашенный в оба пола, как Дана Интернешнл, обманщик успевает всунуть самке за мантию сперматофор и смотаться.

Не про спаривание, но слишком замечательно: некоторые акулы живородящи, у них есть расширения яйцеводов, в которых будто в аквариуме растут эмбрионы. Пуповины у них нет, но яйцеводы выделяют для них специальную питательную слизь, аналог молока. Но, видимо, в некоторых случаях питания оказывается маловато, поэтому те акулята, что покрупнее, по дороге съедают братцев и сестриц послабее, прямо в утробе у беременной мамы. Фетальный родственный каннибализм. Я уверен, что вам этого знания тоже всегда недоставало.

У насекомых обычно довольно сложные органы для спаривания, но постельные клопы презирают сложность и эти ваши политесы. Их копулятивный орган - это острый стилет, которым самец протыкает живот самке, впрыскивает в полость тела сперму, и сматывается. Иногда со смертельным исходом из-за инфекций. Иногда они протыкают не самок, а других самцов. Садомазохисты могут печально задуматься о своей несостоятельности.

Турухтаны приманивают самок целыми компаниями, организуя токовища - самцы пляшут вместе, так заметнее и можно без драк разобраться, кто первый парень на деревне. Соответственно у них известно было две формы самцов, с пёстрыми воротниками - эти мачо, пляшут посреди площадки и похваляются красотой и удалью, впечатляя друг друга и заодно самок - и с белыми воротниками - эти скромно сидят с краю, тихонько очаровывая самок, пока мачо меряются воротниками и слишком заняты, чтобы обращать внимание на "этих безмозглых баб". Было известно, пока вдруг не поняли, что есть еще и третья форма турухтаньих самцов: эти вообще без воротника и точно похожи на самок, поэтому мачо их или в упор не замечают, или изредка стараются поиметь, а зря. Потому что несмотря на внешность, у них еще и огромные семенники. Когда очарованная самка подставляется избранному мачо, такой трансвестит, в сторону которого мачо и не глядел, а то и потоптал как самку, вдруг скок - вмиг сделал своё дело и смылся. Причем самки нередко предпочитают не мачо, а именно таких скромников.

Осьминог-аргонавт ("бумажный кораблик") в красивой спиральной раковине - это самка. Самец на нее совсем не похож, это такой маленький упрощённый осьминожек с присобаченным гигантским щупальцем. Это щупальце вблизи самки отделяется - оно набито сперматофорами - и само плывёт к самке и забирается ей в мантийную полость. Это, кажется, единственный в природе случай секса посредством самонаводящейся торпеды.

У комаров-толкунчиков принято, чтоб самец делал самке брачный подарок. Если подарок принят, самец допускается к сексу - в некотором роде обязательная проституция. Чаще всего это пойманная муха, или как есть, или завёрнутая в шёлковый кокон. Некоторые виды толкунчиков, соответственно, из экономии вообще не ловят мух, а дарят пустой кокон. Пока ещё самка его развернёт, кавалер успеет сунуть, вынуть и сбежать.

Пауки тоже дарят подарки, но у них это не подкуп, как у толкунчиков, а выкуп. Самки пауков намного крупнее самцов, и очень хищные, так что самец всерьёз рискует быть сожранным, не успев досказать "я вас лю-", поэтому у пауков очень сложные и специфические брачные ритуалы, включающие в себя танцы и, похоже, ритмическую музыку, которые исполняет самец (в некоторых особо красивых случаях применяется еще и аналог павлиньего хвоста). Все это готовит самку к осознанию того, что к ней пришёл не обед, а жених. Но и правильно отбарабанив все пароли, самец рискует головогрудью, потому что от секса и у пауков разыгрывается аппетит, а секс пауков - это непростой процесс, включающий, в частности, наполнение особых шприцов на ногочелюстях самца свежей спермой. Так что съедобный подарок - не вежливость, а возможность для паука тихонько исполнить супружеский долг и уйти целым, пока возлюбленная ест подаренную муху.

Рифовые кораллы неподвижны, спаривания у них нет (не развилось), а еще они питаются фильтрацией, так что выметанные в воду икру и сперму скорее всего тут же с хлюпаньем втянут соседи и растущие тут же губки. Поэтому кораллы синхронизируют нерест по длине дня и ночи и фазам луны, и вымётывают всё в один и тот же час лунной ночью, всем рифом - самая большая в мире оргия, в некотором смысле.

Морские жёлуди - это такие панцирные усоногие раки, их можно найти на камнях в прибойной зоне - тоже сидячие, но проблему с поиском партнера решают кардинально иначе. Поскольку им хочется иметь богатый выбор партнеров, а передвигаться они не могут, морские жёлуди отращивают немыслимой длины копулятивный зонд и шарят им по всей колонии, пока не нащупают, кому впендюрить. В точности как тот развратник с длинным членом из анекдота, любивший им пошарить по окнам дома напротив: "О! Кажется, я кого-то люблю!" Правда, они гермафродиты, так что никому не обидно.


Хотел еще рассказать про бочоночников, но это такой крышесносительный случай, что оставлю его на следующий раз, а то много букв получается.

Про кого вам еще рассказать?

36339968_1723764444386709_7737354304951943168_o
(Картинка от Тима Уайлда - Timothy Wilde.)

Thursday, July 12th, 2018
12:06 pm
боевые драконы-стенобитчики

Что-то давно не было у нас чего-нибудь жизнеутверждающего. Поговорим, например, про ацтеков. Мне попадались мнения, что на самом деле ацтеки были позитивные, белые и пушистые, а жертвоприношения людей целыми полками придумали испанцы, чтобы оправдать насильственное крещение индейцев с немеделнным последующим сожжением за ересь и прочие зверства. (Например, многие персонажи сена Розова так считают; вероятно, чтобы показать силу пиара.) Меня, впрочем, всё же больше убеждают найденные археологами целые башни и стены, построенные ацтеками из черепов на цементном растворе, и жизнерадостный культ мертвых, который там не истребили даже иезуиты, да и то, что стоило появиться кучке испанцев с пушками, как не одно и не два из местных племен индейцев тут же присоединились к ним, чтобы бить не кого-то рядом, а именно ацтеков, кое о чём говорит. Но я вообще-то не о том, а о музыке.

Вот такие свистки археологи находили в ацтекских святилищах. Все они, понятно, украшены черепами, и, видимо, использовались не только в религиозных ритуалах, но и на войне в качестве саундтрека. У кого нервы крепкие, послушайте звук. Ну невозможно ведь не проникнуться уважением к людям, у которых такая музыка!
Tuesday, June 19th, 2018
2:31 pm
миром движет любовь
Один мой знакомый в том числе по ЖЖ - талант, умница, тонкий лингвист и умелый переводчик - вдруг перепостил ужасный текст против гей-парада и понес пургу про то, как все геи стали ультра-левые и надо спасать от них семейные устои. Ну ладно, мало ли что ему в голову ударило, но там было в обсуждении полно противопоставления геев "нормальным", и криков про то, что сугубый гомосексуализм в природе никогда не встречается, ибо геи сами не размножаются. Я на это дал там справку, а теперь подумал - а чего она будет киснуть где-то в комментах. Держите вы тоже.
Так вот, с тех пор, как табу ослабло и этологи перестали стыдливо отмечать однополый секс у животных как "установление доминирования", а начали собственно разбираться, как у разных живых видов с сексом на самом деле, результаты - просто песня. Всё я не перечислю, поскольку пока не найдено ни одного вида, у которого бы исследовали спаривание и не нашли однополого секса. Но сколько-то интересных примеров можно!
two-male-lions-Kenya-631
Итак.
Гуси-лебеди часто объединяются не в семьи папа-мама, а в союзы двух пап. Гнезда они отнимают, самок окручивают вдвоем, а когда те отложат им яйца - гонят взашей. Друг с другом они пытаются спариться постоянно, но до секса не доходит, потому что ни один не хочет играть женскую роль - что не мешает им все время плясать друг с другом весь брачный ритуал, просто кончается он неизменно дракой. Самое прекрасное то, что выживаемость птенцов у таких пар выше, чем у мам-пап. Два папы и территорию отхарят побольше, и как защитники сильнее.
У слонов принято формировать постоянные пары самцов (обычно старший-младший), с ласками и сексом, а с самками у них долгосрочные отношения не существуют: случайный секс на один раз, если бывает. Самки живут семейными группами, сестры, тетки и бабки с детьми - подросшие девочки остаются с семьей, а подросших мальчиков гонят вон, пусть друг с другом утешаются.
Утки "развлекаются" войной полов. Любой секс у них - изнасилование, в результате чего у селезней развился длиннющий штопорообразный член с взрывной эрекцией, а у самок - хитросплетенные яйцеводы с тупиками и лабиринтами, в которых не всякий такой хер винтом найдет дорогу без ведома хозяйки. Тем не менее селезни трахают всё, что движется, а иногда и что не движется - название научной статьи "Случай гомосексуального некрофильского изнасилования у обыкновенной кряквы" весьма доставляет.
У некоторых видов пингвинов бывает, что самцы образуют многолетние пары и самок игнорируют, сколько ни соблазняй.
Львы живут прайдами, которые могут показаться гаремами из многа львиц для одного льва, но в сексе они "серийные моногамы" - формируют многократные краткосрочные парные "браки", с разными особями для спаривания на несколько дней, и в это время отрываются по полной. Спариваются десятки раз в день. Потом разбегаются, и вскоре формируют новую пару. Причем как разнополые пары, так и только самцы - то есть они переключаются между гомо- и гетеро-. Еще у них бывает, когда два братца или дружбана водят прайд вдвоём, поскольку и у львов гуртом батьку бить легче.
У тюленей как раз настоящие гаремы, из-за чего большинство самцов вообще не спаривается, ибо секач бдит и наваляет за попытку даже близко подойти. Так что молодых невезучих тюленей замечали за изнасилованием, например, пингвинов - с отчаяния, надо полагать.
У жирафов от 30 до 95% ухаживаний и спариваний - между самцами, то есть в некоторых стадах самок они кроют практически по ошибке.
Дельфины всевозможных видов практикуют секс больше для развлечения, чем для размножения, во всяких позах и сочетаниях. Изобретательны они чрезвычайно - у амазонских дельфинов наблюдали совокупление в ноздрю, например. (Что для дельфина показатель невероятной степени доверия, дыхало они оберегают как мы глаза.) Еще они организуют внутривидовые и межвидовые оргии, а также банды насильников, если юнцам кажется, что дельфинихи им мало дают.
У европейского хоря бывают абсолютные гомосексуалы. Никто не знает, какой в этом эволюционный смысл для хищника-одиночки.
8% баранов спариваются только с самцами, а самки их не интересуют совсем (еще около 20% - бисексуалы) В ветеринарии это существенная проблема, но поделать с этим нечего.
Бонобо практикуют секс для укрепления дружбы, снятия конфликтов и просто в оплату за вкусняшки. Чаще всего между девочками, хотя мальчики тоже мало отстают. В результате у них развилось почти постоянное состояние эструса, почти как у человека - но у бонобо все же он прекращается на несколько дней в месяц, и на это время самки тушуются и стараются не высовываться, чтобы не потерять в статусе. Да, кстати, в отличие от шимпанзе, у которых место всех самок последнее, у бонобо матриархат.
Обычные домашние быки в стаде регулярно занимаются вскакиванием друг на друга. Когда у коров течка, коровы тоже так развлекаются.
У пятнистых гиен жесткий иерархический матриархат, все самки главнее всех самцов, но поведенческое доминирование у них строго по мужскому типу - демонстрация пениса, вскакивание на подчиненного, все такое. Поэтому у них половые органы самок имитируют органы самцов, даже вблизи не отличишь. Хотя это им сильно мешает спариваться и рожать, меряться членами для прекрасных гиеньих дам важнее. Чем выше статус, тем лучше выживаемость приплода. И да, у них дочки наследуют статус мам, а статус самцов строго привязан к статусу их партнерш.
Пчелы, осы, муравьи и т.п. имеют такую хромосомную систему, что у них сёстры - родственники ближе, чем дети. Так что у них систематически образуются огромные семьи, в которых плодится только одна особь, а все ее дочки не спариваются, а только заботятся о младших дочках и маме. Так гены передаются вернее.
Вдогонку - у голых землекопов тоже практически так же, как у пчёл, даром что они долгоживущие млекопитающие. Вся гормональная система у них настроена так, чтобы по тридцать лет обслуживать царицу-маму с царем-папой, а секс - это лишнее. Вот если сам вдруг выбьешься в цари, тогда...
Человека можно вообще не поминать, столько культурных вариаций и интересных затей, но от природы он в той или иной степени бисексуален, и в постоянном эструсе, примерно как его ближайший сородич бонобо. "Чистые" гетеро- и гомосексуалы - это крайние случаи, около 5-10%, а большинство в той или иной степени посередине.
Летучие мыши даже на этом фоне выделяются особой непринужденной раскованностью. Они радостно и часто ухаживают и спариваются не разбирая пола, занимаются оральным сексом, мастурбацией простой и взаимной, а также привлекают к этому занятию летучих мышей других видов, поскольку они явно не шовинисты.
Хватит?
Живите теперь с этим :D
Tuesday, December 5th, 2017
2:56 pm
харадские дела

Иногда писатели шутят просто ради шутки, не выставляя напоказ ничего: умный поймёт. Вот, например, у Еськова в "Последнем Кольценосце" харадского царя, объединившего племена в стиле инкоси Чаки, зовут Фасимба.

Кто вспомнит, почему?

KingShaka
Saturday, August 12th, 2017
2:08 pm
о мэтрах-3

Однажды я был в гостях у знакомого искусствоведа. Историк, преподаватель, писатель, из семьи писателей, практически знаменитость.

Разговор был, в том числе, об искусстве. В какой-то момент искусствовед сказал, что в моих картинах ему не нравятся лица - мешают. Я спросил, почему. В ответ он стал прикрывать рукой лицо на репродукциях, приговаривая: ведь так же намного лучше! Теперь не мешает рассматривать пятна! Это же самое главное!

Я не знал, что сказать. Я абстрактные картины тоже люблю, хотя там пропорция Стэрджена достигает 99,9%, но мне и в голову бы не пришло оценивать предметную картину по ее схожести с абстрактной или считать пятна заведомо лучше лиц. Это было для меня что-то потустороннее. Пока я ошалело соображал, что ответить - или лучше не ответить, искусствовед воодушевленно перешел на любимого великого художника, имя которого мне ничего не сказало. "Это гениально! Это все равно что Пушкин в живописи!" - с жаром говорил искусствовед.

Я признался, что незнаком с таким художником. Искусствовед встал и принес мне огромный альбом гения - Джорджо Моранди.

Я смотрел на бесконечные ряды грубо намазанных серым по серому бутылок и их же, нарисованных силуэтно густой механической клетчатой штриховкой, и думал, что Пушкина мне это никак не напоминает. Здесь не было ни обманчивой пушкинской легкости, скрывающей огромный труд, ни огромной широты тем, ни виртуозной техники, ни чувственности, ни эксперимента или роста. Не было даже композиции или любимых искусствоведом пятен. Я видел только обсессию - как иной человек до крови моет руки, Моранди годами механически повторял все те же серо-бурые силуэты стоящих в ряд бутылок.

Тогда я осознал, что есть люди, которые не просто притворяются, что, скажем, Ротко или Дэмиен Хёрст - это гении, потому что им так говорить выгодно или потому, что в их тусовке так принято. Они даже не занимаются самообманом или вытеснением сомнений. Они действительно натренировали себе подкорку так, что у них это вызывает те же реакции, какие у других - прекрасное лицо или мастерская живопись. Они всерьез балдеют от серых на сером бутылок, а остальное им кажется неправильным.

Я понял, что эстетическое чувство можно обучить реагировать на что угодно. Вообще на что угодно. И, значит, чувство "правильно - неправильно" - тоже.

Это, пожалуй, самый важный урок, который я когда-то получил от мэтра.

Thursday, August 10th, 2017
4:43 pm
о мэтрах-2

Как-то раз я попал на семинар приезжего заслуженного шрифтовика, об искусстве использования шрифта и иллюстрации в книге. Сам бы вряд ли пошел - заинтересовался с восторженной подачи знакомого иллюстратора (который, кстати, на семинаре не появился). Все же было интересно послушать, что такой опытный профессионал расскажет.

Седовласый мэтр, против ожидания, не стал рассказывать об использовании шрифта, а только показывал собственные работы. Он был экспериментатор и всегда искал новые пути, классика была не его стихия. Тут я отчасти понял, откуда появлялись такие странные вёрстки в советских изданиях 1980-х, но в целом экспериментаторство мне оказалось не близко. От находки, которой он особенно гордился - абзацев, набранных с отступами по предыдущей висящей строке - у меня рябило в глазах, а книга, в которой каждая глава была набрана другим шрифтом, причем с красными буквами в начале каждого предложения, показалась совершенно нечитаемой. Впрочем, вёрстка факсимильного издания небольшой рукописи с параллельной расшифровкой была сделана приятно, а кое-какие кусочки шрифта в иллюстрациях к другой книге годились как визуальная поэзия "под Вознесенского", но как-то это было маловато. С иллюстрацией был уже вовсе швах - снова никакого обсуждения иллюстрации как инструмента, а только показ любимых иллюстраторов мэтра, всех как из одного стручка, неотличимых, рисовавших в том коллажно-штриховом стиле, какой был популярен в столичных издательствах в конце 1970-х и начале 1980-х - не то под черновики Пушкина, не то под рисунки Шагала, иногда с намеком на Хайнца Эдельмана. Я заскучал.

Всё-таки я решил показать ему только что вышедшую книгу, которую я верстал - с картинками другого иллюстратора, но под моей обложкой. Мэтр полистал томик и начал речь о вот этих молодых да ранних, которые насмотрелись мультиков, а теперь воображают, будто умеют рисовать. Иллюстратора, которого он пушил, на семинаре не было, но были его знакомые, и я поспешил перевести разговор с бестактной темы, спросив мнение мэтра про вёрстку. Она была простая, но выверенная, с полосными картинками и блоками текста попеременно.

"Здесь есть вёрстка?" - поинтересовался мэтр.

Я забрал книгу и откланялся.

Так я понял, что репутация, наработанная раз, может служить очень долго, но не гарантирует абсолютно ничего.

Tuesday, August 8th, 2017
2:57 pm
о мэтрах-1

Как-то раз я копался в рецептах, проверяя разные способы варки риса, и наткнулся на видео, в котором было обещано, что знаменитый шеф-повар откроет секрет идеально приготовленного риса.

Повар был вправду знаменитый - больше по телевизору, конечно, но я рассудил, что знаменитостью в таком деле на пустом месте не станешь, и в худшем случае он подтвердит какой-то из знакомых мне способов, а может, подскажет, как усовершенствовать, а в лучшем случае - покажет новый. Так что я пошел смотреть.

Знаменитый шеф обаятельно и неспешно рассказал и показал, как берет промытый рис, заливает кипятком - пятикратным, по меньшей мере, объемом, отчего у меня полезли на лоб глаза, - и начал сыпать в кастрюльку, кажется, молотую гвоздику и еще какие-то специи, авторитетно поясняя, что у риса нет своего аромата, так что надо приправлять. Какое-то время он все это кипятил, потом слил с риса отвар и стал с наслаждением нюхать, приговаривая, какой это идеальный рис.

Так я узнал, что и самый-пресамый мэтр может иметь потрясающие пробелы, но при этом пороть отъявленную чушь с таким же умным видом, с каким он говорит дельные вещи.

Saturday, August 5th, 2017
11:52 am
система сигналов

Сформулировалось:

Язык отличается от просто системы сигналов (протокола, как там еще) тем, что он принципиально способен описать (и передать) контекст сообщения на нем, а не только само сообщение.

Wednesday, August 2nd, 2017
2:22 pm
"Почему "рисовать как Шишкин и Айвазовский" сегодня -- плохо?"

Не успели наши сети отгреметь про очередные скопированные фоточки, как в них занесло восторги про это пера shakko_kitsune.

Ну что я вам скажу. Можно, конечно, просто сказать "зелен виноград". Но это банально.

Гораздо интереснее поглядеть на содержание и посмотреть на приёмы и дырки. В статье 4 тезиса, вот конспект с разбором особо вкусных вещей:


"1. Потому что всякий овощ в свое время" - "Писать "так же, как Шишкин и Айвазовский" было хорошо (и распространено) в XIX веке, в нашем же времени это устарело, недостаточно", "Эпигонство -- это плохо", "Современная картина с сайта krymval.ru (худ. Д. Смаковский). Это работа для квартиры, за доступные деньги. Но не более того."

Замечательно. То есть надо следовать за модой, чтобы не быль "устарелым", но при этом эпигонство - это плохо. Это было бы противоречие, но из тезиса 2 - ниже - можно понять, что, возможно, имеется в виду: надо не следовать кому-то, а развивать своё. С этим не поспоришь, но тут автор всё портит пошленьким передергиванием, приводя слащавый проходной пейзажик в качестве "Шишкина сегодня". Что, получше не мог найти? Таких пейзажей пейзажичей и во время Шишкина кропали без счета, и разница между ними и Шишкиным и тогда была видна, и теперь видна. Или дело все же в том, что ему для иллюстрации тезиса был нужен плохой пейзаж. Хороший современный реалист ему бы весь тезис подмочил. Только вот если секунду подумать, плохой пейзажист тоже ему все подмочил - явная же подтасовка. Сразу думаешь: если бы автор был полностью честен, такие дешёвые трюки бы не понадобились.

Опять же, от себя скажу: автор игнорирует множество причин писать как угодно - от намеренной игры, стилизации под эпоху до простого желания художника работать в определенной эстетике. Зачем-то задается глупая игра в "новое - хорошо, старое - плохо". А старое тоже когда-то было новым. И каждое поколение не только создает новое, но и по-своему переосмысливает старое.

Демагогические приёмы - подтасовка, ложная дихотомия.


"2. Потому что художник должен иметь индивидуальность, свое собственное лицо, стиль, быть узнаваемым" - "Это великолепно, если человек научится писать столь же реалистично, но он должен быть другим, должен найти свой путь, свою манеру", "Научиться писать так же, как Ш&А -- это очень хорошая школа для современного живописца [...]. Поскольку мы живем в наше время, а не в XIX-XX веках, художник ныне должен сделать следующий шаг.", "Лучше бы остались на прежней ступени развития и выучили ее как следует! - Нет, такой реализм уже не нужен."

Все бы прекрасно, с примерами из Босха-Брейгеля и призывом к изучению классических методов и развитию искусства... но вдруг бац - безапелляционное и ничем не обоснованное заявление "такой реализм уже не нужен". Кто сказал, кому не нужен? Нет ответа. Волга впадает в Каспийское море, лошади кушают овёс и сено, реализм уже не нужен.

Отметим, что в одном тезисе рядом и "учиться писать, как классики - хорошая школа", и "писать, как классики - не нужно". Это, на самом деле, достаточно близко к тому же призыву к развитию - учиться писать как Шишкин, но не писать, как Шишкин. Фокус в том, что автор умалчивает: Пупкин, достигший уровня мастерства Шишкина, просто неизбежно не будет имитировать великого Шишкина, он будет писать, как великий Пупкин. Причем он тогда может быть и реалистом, и романтиком, и кем угодно ещё - но автор останавливается на своем "реализм не нужен", не договорив важного.

Демагогические приёмы - отсыл к якобы очевидному, но ложному; недоговаривание.


"3. Потому что изобрели фотоаппарат." - "сегодня можно Ш&А в родном размере себе на холсте распечатать, покрыть пастой, имитирующей мазки, и наслаждаться", "Еще такой реализм и красота не нужны"


Вот за такое, увы, можно или гнать на повторное прохождения базового курса эстетики, или уже сразу бить канделябром.

Фотография, вообще-то, старше Шишкина. Когда появилась массовая фототехника, Шишкину было всего 19 лет. Художники ее изучали и пользовались в работе. Но Шишкин почему-то проработал еще добрых 50 лет, и фотография его не заменила. Потому что смысл живописи не сводится к простому получению изображения. Да, на самом нижнем уровне обученный рисовальщик может сделать точное изображение пейзажа; уровнем повыше искусный художник передаст не только прямое изображение, но и состояние природы, погоды, света - то, что и в фотографии уже требует развитого вкуса и артистического чутья. Мастер уровня Шишкина передает в пейзаже, поверх всего этого, человеческое настроение. Такое не делается "мазками по распечатке", и если автор заявляет, что оно не нужно, то на то могут быть две причины. Либо он лицемерит - понимает и чувствует посыл живописи того же Шишкина, но делает вид, что он не существует, для поддержания своей программы.  Либо он вправду думает, что нет разницы между любой фотографией и тщательно сочиненной и сыгранной картиной - и тогда он просто эстетически глухой, убеждающий всех в том, что и слышать-то нечего.

Первое - противно, второе - печально.

Демагогические приёмы - подмена понятий, уничижение, умолчание, возможно, и двойной стандарт.


"4. Потому что в ХХ-XXI веке изобразительному искусству уже позволено не быть "красивым" и "реалистичным" - "[Изобразительное искусство] есть двух видов - "чтобы было красиво" ("я бы у себя дома повесил" и "чтобы подумать", "в ХХ веке художники нарочно стали лишать свои произведения красоты и реализма, чтобы эти качества не отвлекали от того, чтоб картина заставляла думать (или испытывать чистые беспредметные эмоции).", "изобразительное искусство в ХХ-XXI веках находится вот на такой стадии своего развития, когда "чтобы подумать" стало более важным фактором, чем "красиво".

Получается, что по мнению автора, можно или "красиво", или "подумать". Третьего не дано. (Можно еще испытывать "чистые беспредметные эмоции", как будто другие эмоции для автора ценности не имеют.) Написано "позволено не быть красивым и реалистичным" - а из текста сквозит "запрещено быть красивым и реалистичным". Кем запрещено? Почему вдруг нельзя и так, и так?

Фокус здесь в том, что никакого конфликта между "красиво" и "подумать" вообще нет, как нет и "стадии развития". В искусстве это всегда шло рука об руку и друг другу не особо мешало - разве что эстеты в академиях бодались насчет дозволенности злободневной тематики в противовес чистому искусству, ни к какому завершению спора не приходя. В любую эпоху вы найдете и чисто эстетическую живопись, и аллегорическую в разных кодах, и трюковую, и злободневную, и философскую, и аналитическую, и фантастическую, и массу других способов дать зрителю подумать - причем безотносительно к техническому качеству или степени реализма. Это не в ХХ веке началось. В ХХ веке выдуман только этот "конфликт".

Демагогические приёмы - ложная дихотомия.


Но вот наконец и виден торчащий из штанины хвост. Автор слегка палился несколько раз, но в 4-м тезисе показал явно, что он банально следует философии антиэстетизма, свойственной тусовке соврискусства. Вот и всё. Эта ложная дихотомия - основа основ для их философии, на которой они строят всю свою пирамиду. Автор может сколько угодно провозглашать необходимость идти дальше предшественников и учиться у классиков - все равно проглядывает его невысказанный главный тезис: делать можно все что угодно, кроме гуманистического реализма. Рядом с ним становится видна вся несостоятельность философии -измов ХХ века и того, во что они выродились к веку XXI. Это страшный враг соврискусников, и они не жалели и не жалеют усилий, чтобы его вытоптать. Чтобы его забыли и презирали, потому что...

... зелен, таки, виноград.

Tuesday, August 1st, 2017
10:08 pm
искусство заголовка

Наши сети продолжают притаскивать сенсацию. Заголовок:

 "Фейсбук испугался и отключил искусственный интеллект, создавший собственный язык"

Читаю. Докапываюсь до сухого остатка. Что там было на самом деле: программисты неправильно задали граничные условия и после нескольких попыток так и не смогли удержать настройки нейросетки от уползания в белиберду вроде "give i i i ball to me to me to me to me". И все.

Зато сколько перепостов... учитесь, как писать заголовки, чтобы народ шугался.

Friday, July 14th, 2017
10:08 am
людоеда людоед
И еще вдогонку. Тут ходит по перепостам сенсационный заголовок про помидоры, превращающие гусениц в каннибалов. Что отчетливо показывает, что именно не так с репортажами о науке. Бессмысленные перепосты без проверки и сенсационные заголовки без основания.
На сорок, наверное, перепостов я видел один (!), в котором было сказано, что эти гусеницы - и так оппортунисты-каннибалы. Так что ни о каком "превращении" речи не может быть, это не кордицепс и не трематоды - просто растения химически защищаются от поедания (обычнейшее дело), и гусеницы переключаются на другой источник пищи (тоже обычнейшее дело). Каннибализм тем более обычное в природе дело. Сенсации нет, ничего особо нового тоже нет, но шуму до небес, потому что заголовок одиозный (хотя ложный), и у всех пальцы жмут на кнопку не задумавшись и не проверив ничего.
Thursday, July 13th, 2017
10:29 pm
дрыгоножество и рукомашество
Наши сети притащили очередное.

Такое уже делали, не меньше десяти лет назад - я видел статью в сборниках SIGGRAPH. Понятно, что все, кто сейчас тиражирует восторги по поводу "прорыва", об этом не знают и не интересуются. А единственное, что здесь нового - это гигантская нейронная сетка вместо простого и компактного генетического алгоритма.

Но неважно. Здесь интереснее другое - присмотритесь, сколько паразитных движений делает модель. Это характерно для самообучения нейронных сетей вообще, будь то голубь, который перед нажатием кнопки, открывающей кормушку, делает пируэт, или гугловская НС, которая запомнила вместе с шагом ногой случайный взмах рукой (причем разный у правой и левой). У большинства людей, присмотревшись, можно заметить кучу таких бессмысленных автоматических движений, остатков от самообучения.

НС не различает необходимое и случайное, хоть природная, хоть искусственная, и сама по себе не оптимизирует запомненных решений. Поэтому мы и видим здесь компьютерную модель, нашедшую неоптимальный способ ходьбы на полусогнутых с целым набором тиков и рукомашеством.

Генетический алгоритм, помнится, выдавал намного более живое и красивое движение. И не требовал таких огромных ресурсов.

https://www.youtube.com/watch?v=gn4nRCC9TwQ
Sunday, July 2nd, 2017
4:44 pm
Глубина в книге
Несколько дней назад flavorchemist спросил, какой бы фантастики почитать "про инопланетян, войну и бессмысленность бытия". И, однако, чуть не каждый второй ответ был - Blindsight Питера Уоттса. Кое-кто продвинутый даже предлагал его же Starfish и т.д., хотя там не инопланетяне и не война.

Популярность, однако.

Питера Уотса я не выношу. И даже не потому, что читать его язык мучительно, а его постоянно колотящие себя пяткой в грудь персонажи бесят. И даже не потому, что популярность он набрал по принципу "на безрыбье", раздавая свои книги в электронном формате бесплатно в те года, когда англоязычной фантастики на сети было почти не найти, и дотянул таки через несколько лет до контракта с издательством. А потому, что он представляет собой образчик ненавистного мне литературного эпигонства.

Тут придется обратить ваше внимание на глубину. Не ту, из которой уотсовские рифтеры выносят новый супермикроб, а внутреннюю глубину человека, из которой растет искусство, в том числе, литератора. Опыт. Знания. Способность думать за разных персонажей. Способность просчитывать варианты до конца. Всего этого у эпигонов нет. У них есть конъюнктура - чего сейчас популярненько, киберпанк? лады, черкнём романчик. Они имитируют поверхностные элементы, комбинируют надёрганные идеи, и, разумеется, постоянно пропускают дикие ляпы и в малом, и в большом - вплоть до ляпов в центральной идее - потому что просто не способны или ленятся продумать последствия. Они ничего не проверяют, и поэтому делают детские ошибки в фактах. Их книги состоят из идиотов, которых спасают боги из машин, и эпохальных событий, которые почему-то ничего вокруг не меняют.

Для образца, чтобы не зарываться в фантастику - сравните, скажем, "Маятник Фуко" (или хотя бы "Имя розы") Умберто Эко и, скажем, "Код да Винчи" Дэна Брауна. Вот об этой разнице я и говорю. Тщательно написанная, ясная, но многослойная проза Эко, набитая отсылами и аллюзиями в расчете на многознающего читателя, но доступная и без этих аллюзий - и несвязная, торопливая Брауна, набитая ляпами, для избежания которых достаточно было заглянуть в Википедию. Эко не лезет со своей эрудицией напоказ, он ее прячет, но она всплывает из текста для каждого читателя, способного к ней подойти, и ведет вглубь культурного слоя. Браун сует в текст все без разбору, чтобы показать, какой он - и читатель - умный, но по серости не замечает, что половина - чушь, а остальное - мишура, под которой ничего нет.

Кто не читал Эко и Брауна - сравните Маркеса и Коэльо, например. Кто не читал Маркеса и Коэльо - сравните "Властелин колец", за которым в глубине прячутся тома "Сильмарилиона", с каким-нибудь "Рунным посохом", например.

Надеюсь, вы поняли, о чем я.

Многие сетевые читатели обожают Уотса за то, что он "первый поднял проблему мышления без сознания", Люююююдиииииии! Лем об этом в "Солярисе" писал! Походя! Упомянул к месту и поехал дальше, потому что разжевывать ему было неинтересно, это была только малая часть проблемы, вставшей перед сконструированной им соляристикой. Уоттс расписал ее на том побольше "Соляриса", и единственный способ ее размазать на такой объем у него - сделать из персонажей бессмысленно конфликтующих идиотов, не думающих и не делающих выводов. А заодно и из читателей. То же самое с индивидуальностью персонажей - молодец, придумал паноптикум: один - с раздвоением личности, а другой - вообще вампир. Иди читай Альфреда Бестера, поучись, как надо делать команду  персонажей без единого нормального! Потому что смешно же.

Возможно, впрочем, что специально делать персонажей идиотами Уоттсу не пришлось, потому что сюжетные ходы у него попадаются не лучше того Дэна Брауна. Акванавтов у него нельзя выпускать от геотермальной зоны на поверхность, потому что они вынесут смертоносные микробы, развившиеся в полной изоляции и потому не распознающиеся наземными системами иммунитета! Оставим, что механизмы нападения на, скажем, человека у болезнетворной микрофлоры довольно специфичные, эволюционирующие вместе с хозяевами, и патогенов, способных жить "во всех", просто не бывает. Оставим, что есть еще неспецифичный иммунитет, который незнакомой бактерией скорее всего отлично пообедает без последствий. Оставим, что патогены скорее "перескакивают" с родственных организмов (на человека - с обезьян и летучих мышей, которые в геотермальных водах не живут) или с живущих тесно рядом (крысы, коровы и т.п.), а какая-нибудь геотермальная архея к млекопитающему вряд ли пристанет. Оставим апвеллинг глубинных вод, который миллиарды лет выносит в том числе микробы на поверхность, и ничего. Уоттс, скорее всего, даже не задумался изучить вопрос - эпигонство!

Но не учесть, что к геотермальным водам уже сейчас (и давно) погружаются аппараты и выносят образцы?

Вот это и есть самый противный результат эпигонства и его фальшивой эрудиции. Умному писателю хватит одной-единственной идеи, чтобы создать целый мир из ее последствий и последствий последствий. Например, Вернор Винджи - предположил возможность создания стасис-поля, и мир у него изменился до неузнаваемости, потому что одна и та же технология у него просчитана до массы логических завершений: путешествие во времени, оружие террора, защиты и пропаганды, орудие преступления и средство спасения, отражатель атомной ракеты... все это накладывается на человеческую психологию и развивается далеко. Такое невозможно делать без внутренней глубины, без настойчивого продумывания последствий и без способности жестоко отсекать плохие ходы. Предположил возможность переменной скорости света в зависимости от свойств пространства - пожалуйста, еще один огромный мир.

Бывают - нечасто - писатели, способные создать иллюзию если не глубины, то масштаба и широты, за счет накопления качественного материала. Например, Дэн Симмонс или Фрэнк Герберт. Но отсутствие глубины жестоко мстит и им: Симмонс, собравший свои лучшие рассказы в "Гиперион", попытался продолжить повествование и получил нечто на уровне занудного фанфика, в котором старательно, скучно и очень неубедительно подвязаны все "торчащие хвосты", которые и создавали в "Гиперионе" иллюзию глубины. С Гербертом вышло еще печальнее. Про Карда я лучше помолчу.

А у эпигонов вроде Уоттса глубины и не было никогда. Но читатели у них находятся - из тех, кто не просчитывает варианты, из тех, кого не коробит тупость и натянутость сюжета, из тех, кого не вырывает из сопереживания ходульность персонажей, из тех, кто мало читал хорошей литературы и не умеет ее отличить от плохой. Они не отличают глубину от мишуры.

Потому что, чтобы увидеть в книге ее глубину, читателю тоже нужна своя глубина.
Sunday, March 12th, 2017
5:18 pm
промышленная эстетика

Машины обычно функциональны - форма диктует внешний вид. Даже двести лет назад, когда любили украшать финтифлюшками все подряд, машины и механизмы украшали редко. Максимум, что позволяли себе - какие-нибудь узоры или изящные формы на деталях не под нагрузкой, и то не всегда, да еще, конечно, бытовую технику. Уж эта должна была соответствовать интерьеру - все наверняка помнят эти расписные швейные машины:

hurtu_french_sewing_machine_sewalot
sd0190-singer-antique-electric-sewing-machine-w-case-extras-1908-immaculate-2
А вот в морском деле - а уж где еще от функциональности больше зависит сама жизнь экипажа - веками был обычай все же иметь один нефункциональный элемент. Носовую фигуру. Носовыми фигурами гордились, старались друг друга переплюнуть - и торговые суда, и военные корабли. Чем важнее был корабль, тем вероятнее он имел носовую фигуру. Их делали то в соответствие имени корабля, то с каким-то еще смыслом, но как можно красивее. Иногда это бывали целые скульптурные ансамбли.

Afirmado_del_Pabellón_Nacional_del_Buque_a_Escuela_a_Vela_“Unión”_(24032770123)
d78e7aad88e4f5421d17682b659347ff
Ocean_1790_Model_Musem_Paris_mp3h9289

И только когда корабли стали паровыми и стальными, от носовых фигур стали отказываться. Неохотно. Постепенно. Сопротивляясь неизбежной утилитарности. Одна из последних фигур украсила орудийную башню главного калибра линкора "Массачусетс", но это был уже финал.

b116a7_6158111
Потом уже так не делали.

Только летчики сдались последними и продолжали рисовать на носах машин вместо Марсов и Побед - лакомых девиц неглиже.

55630782d53843c5696933e173385c14
Правда, неясно, из тех ли самых эстетических соображений.

Saturday, March 4th, 2017
8:59 pm
невыносимость непонятости

17006035_1405673232816713_1076341472_n

По легенде, изобретатель этих вот пакетиков-палочек с сахаром покончил с собой, узнав, что все отрывают им кончик. Он подразумевал, что их будут переламывать посередине.

С одной стороны, можно понять. Человек принес в мир блистательную идею, как молния, блеснувшую в его мозгу: люди, изысканно переламывающие над чашками пакетики, из которых просыпается в эспрессо сладкая струйка. И тут - отрывание кончика, тыкание пакетиком в кофе! Пошляки! Сердце эстета не выдержало...

А с другой стороны, если бы он подумал, очевидно ли для всех то, что кажется очевидным ему, мог бы печатать на середине пакетика линию "ломать здесь".

[ << Previous 20 ]
Chiseled Rocks   About LiveJournal.com